История

Из пещеры — в офис

Как индустриальные революции усадили нас за столы

Авторы: Екатерина Букина,
Мария Шуляк

29 марта

До промышленных революций люди выживали за счёт физического труда, много двигались и не страдали от заболеваний, вызванных сидячим образом жизни. Всё изменило изобретение механической прялки «Дженни».

Виновница прогресса

В небольшом городе Блэкберн на северо-западе Англии в конце XVII века проживало около пяти тысяч человек. Жители города в основном зарабатывали производством льняной и хлопковой ткани, которую потом отправляли на доработку в Лондон. Здесь родился Джеймс Харгривс, имя которого в середине восемнадцатого столетия станет известно всему миру.

Харгривс не был исключением из правил и зарабатывал на жизнь с помощью ручного станка. Когда спрос на хлопковую ткань начал превышать предложение, именно Харгривс придумал, как повысить производительность. Согласно легенде, произошло это случайно: однажды его дочь Дженни опрокинула рабочий станок, при этом колесо станка продолжало крутиться, а веретено — прясть в вертикальном положении, а не в привычном горизонтальном.

Так в голову Харгривсу пришла идея создания нового устройства, в котором установленные рядом веретёна могли бы обрабатывать сразу несколько нитей. В 1765 году англичанин изобрёл механическую прялку и назвал её в честь своей дочери. Новое устройство увеличило производительность минимум в пять раз, а для его использования требовался всего один человек.

Когда Харгривс начал продавать свои машины, цены на товар стали падать, так как спрос перестал так сильно превышать предложение. Только тогда, в 1768 году, прядильщики поняли, что теряют деньги, а в будущем и вовсе могут остаться без работы, поэтому решили отомстить Харгривсу и сжечь его дом. Но сдержать прогресс уже было невозможно. Другие предприниматели осознали потенциал машинного производства и продолжили улучшать «Дженни» и искать новые механические решения. Так было положено начало индустриальной революции.

Погромы луддитов

До промышленной революции производство зависело в большей степени от личных способностей работника, его квалификации и физической силы. Каждый в своём городе знал, к кому надо идти за лучшими сапогами или у кого заказывать крепкую мебель. Когда стало возможным производство машин самими машинами индустриальный переворот завершился. Он сформировал работников нового, конвейерного, типа. Больше не требовалось знание процесса от начала до конца: в основном требовались рутинные, однообразные операции возле машины.

Машины разграничили физическую и интеллектуальную составляющие. Рабочие места сократились, а на оставшихся значительно ужесточились требования. Смены длились по шестнадцать часов, а заработную плату при этом поднимать не спешили. Многие ремесленники посчитали, что, избавившись от машин, они избавятся от всех проблем. В 1811 году в Англии начались массовые погромы: рабочие уничтожали шерстяные и хлопкоперерабатывающие фабрики. Против движения были брошены военные силы, и только в 1813 году правительство подавило восстание и ввело смертную казнь за нанесение вреда машинам.

Промышленный саботаж в Англии получил название луддизма в честь героя истории, Неда Лудда, который в припадке злости (никто не уверен, что она была направлена именно против машины) разгромил чулочно-вязальные машины. И по сей день фамилия героя используется для характеристики людей, скептически относящихся ко всему новому.

Прародители малоподвижности

Ещё одним виновником прогресса считается шотландский инженер Джеймс Уатт, в честь которого названа единица мощности ватт. Он изобрёл универсальную паровую машину, избавившую людей от необходимости строить фабрики на берегах рек. Вместо силы воды стала использоваться сила пара. В начале XIX века паровой двигатель Уатта поставили на первые пароходы и паровозы, а в 1820–1830-х годах во Франции, Бельгии, Германии, США, Королевстве обеих Сицилий и Российской империи построили полноценные железные дороги.

Люди постепенно начинали меньше двигаться, а изобретений, предполагающих неподвижность, становилось больше. В середине XIX века американец Илайша Грейвс Отис изобрёл первый безопасный пассажирский лифт. Идея пришла ему в голову, когда он работал на мебельной фабрике: на верхние этажи нужно было поднимать тяжёлое оборудование. Можно сказать, что создание лифта отчасти привело к тотальной малоподвижности, которой сейчас подвержена большая часть населения западных стран: без лифтов не было бы офисных зданий и бизнес-центров.

Попытки превратить сидение в более комфортный процесс стали предприниматься уже в середине XIX века. В 1857 году польский учёный Войцех Ястшембовский ввёл понятие эргономики, науки, изучающей правильную организацию рабочего места. В первую очередь эргономика коснулась школьников. В 1870 году начальное образование стало обязательным во всей Европе (не считая Российской империи), и дети стали проводить всё больше времени, сидя в классе.

Появилась необходимость обеспечить учащихся удобными креслами. Исследователи предлагали различные комбинации стульев, предназначенных для улучшения осанки. Некоторые из конструкций включали ремни безопасности и подлокотники. Тогда же были придуманы кресла, позволяющие более комфортно работать стоматологам и парикмахерам.

Ближе к концу XIX века благодаря техническому рывку в металлургии, химии, лёгкой и полиграфической промышленности случился бум в машиностроении: на улицах появились трамваи, автомобили стали выпускать серийно, разрослись железнодорожные сети. Про ворчливых извозчиков и долгие стоянки постепенно начали забывать.

В 1894 году стали проводиться автомобильным гонки. Тогда максимальная скорость машины достигала 24 км/ч. Рывок в развитии был стремительным: уже через пять лет максимальная скорость увеличилась до 70 км/ч. А позже появились грузовые автомобили, на которые перешла часть тяжёлой человеческой работы.

Смена стереотипов

Трудовые традиции полностью изменила Первая мировая война. Тогда в европейской повестке одной из важнейших тем считались права женщин. До войны, начавшейся в 1914 году, в высших учебных заведениях российские женщины в основном учились либо гуманитарным предметам, либо медицине.

«В это время женщины не могли начать частную практику. К ним просто никто бы не пошёл лечиться за деньги. Поэтому они работали в бесплатных лечебницах и занимались акушерством», — рассказывает начальник отдела научно-справочного аппарата Российского военно-исторического общества Олег Чистяков. Получить другое и более качественное образование они могли лишь за границей.

Когда мужчины ушли на войну, за тяжёлую промышленность, добычу угля и производство строительных материалов стали массово браться женщины. Занимать высокие посты они, понятное дело, не могли: не позволяло образование. В основном женщины становились обычными рабочими.

К концу войны количество жительниц Великобритании, занятых на производстве и в промышленности, возросло:

на 249,2 %

в металлургической промышленности

на 320,2 %

в химической индустрии

на 158,9 %

на строительных работах

Источник: Вулф Х. «Трудовое обеспечение и регулирование», 1923 год, 77 стр.

Постепенно права женщин стали уравниваться с мужскими. В 1915 году российским женщинам разрешили работать кондукторами в трамваях, в 1917 году — голосовать (большевики видели в них электоральный потенциал), а в 1918 году были сняты ограничения на высшее образование. К 1930-м годам женщины становились инженерами и учёными.

Тогда пропагандировалась работа с лозунгом «Долой кухонное рабство». Во время Великой Отечественной войны женщины стали занимать высокие должности: начальницы цехов и директрисы уже никого не удивляли. Так войны изменили устоявшееся разделение на «мужские» и «женские» профессии.

Работа в движении

Сидячий образ жизни стал неотъемлемой частью жизни современного человека из-за постиндустриальной революции, которая перевела труд в интеллектуальную область. Телевизоры и компьютеры окончательно усадили нас на диваны и за столы.

Разрабатывать первый компьютер начали в 1940-х годах. В его создании была заинтересована лаборатория баллистических исследований Министерства обороны США во время войны: в ведомстве считали необходимым создать технологию, которая могла бы делать расчёт таблицы стрельбы с информацией о поправках прицела в соответствии с дистанциями до цели. Первые компьютеры были размером с комнату: в них было множество электронных ламп, позволяющих им работать. Только через тридцать лет удалось создать доступные и успешные в коммерческом плане микрокомпьютеры.

Возникновение компьютера и интернета повысило интерес к визуальной культуре, а умная техника практически исключила физическую активность в обществе. Теперь люди в основном трудятся в офисе, сидя в кресле. Если раньше человеку приходилось двигаться или стоять, чтобы заработать себе на еду, то сейчас средний датчанин не встаёт со стула или из автомобильного кресла семь часов в день, а средний китаец восемь с половиной часов. Постиндустриальная революция породила эпидемию ожирения и ряда других заболеваний, вызываемых малоподвижностью.

Несмотря на печальную статистику, общество всё-таки начало ощущать недостаток в движении. Россияне признают, что в последние годы стали больше заниматься спортом и следить за здоровьем. А директор Центра долгосрочного прогнозирования и стратегического планирования при МГУ Сергей Малков в разговоре с Homo Sedens выразил мнение, что в будущем работа станет подвижней.

Для этого есть все предпосылки. Международные и российские архитекторы начали оборудовать офисы таким образом, чтобы сотрудники в них больше двигались, нынешние технологии уже позволяют работать во время ходьбы, а в администрациях городов задумываются о здоровье населения и стараются прививать жителям любовь к велосипедам: крутить педали, добираясь до офиса, намного полезнее, чем ехать в общественном транспорте или личном (беспилотном) автомобиле.


Как дальше будет меняться жизнь человека сидящего, прогнозировать сложно, но мы попытаемся представить это в нашей антиутопии. Следите за обновлениями Homo Sedens.

Ещё?

Подпишитесь на обновления

Нажимая кнопку «Подписаться», я даю согласие на получение e-mail рассылки.